Вахмистров А.В., к.м.н.
ММА им. И.М.Сеченова
Не
будет преувеличением сказать, что проблема избыточного веса – одна из
сложнейших в медицине. Ведь связана она с пищевым поведением человека, которое
и определяет – что, когда, сколько и почему человек ест, а уже вокруг этого
строятся все обменные процессы (а вовсе не наоборот). Факт остается фактом –
тучные люди едят больше, чем другие, хотя многие из них не отдают в этом отчета
самим себе. И переедают они именно потому, что пищевое поведение у них нарушено
и еда превращается в универсальное успокоительное, утешительное и
противотревожное средство. А поскольку
пищевая мотивация относится к числу самых важных мотиваций человека,
корни злополучного «заедания стрессов» и других подобных проблем нужно
искать в самых глубинных отделах
человеческой психики. «Любовь и голод правят миром» – это не преувеличение.
Любопытно, что становление пищевого и сексуального поведения начинается
буквально с первых минут жизни, причем долгое время они развиваются неразрывно
не только друг от друга, но и от других важнейших стержней человеческой
личности.
Итак,
обратимся к тем самым первым минутам жизни любого человека. Роды для ребенка –
это тяжелейший стресс, процесс перехода из одного мира в другой и в этом
процессе маленький человечек, вопреки распространенной иллюзии, вовсе не
пассивен, он борется, стремится наружу, все его мышцы напряжены до предела, его
мозг захлестывают шквалы эмоций. Да, да, младенец – не бесчувственный и
бессмысленный пищащий комок, его эмоции уже сформированы, причем еще во
внутриутробном возрасте и, не сдерживаемые сознанием, имеют такую огромную
силу, что память об этих эмоциях сохраняется на всю жизнь. Только память эта
особого свойства. Она не выражается в словах (говорить-то новорожденный еще не
умеет!). Поэтому она не осознается впоследствии, во взрослом возрасте,
оставаясь на уровне подсознания, но оттуда управляет многими нашими поступками
и чувствами.
И
вот ребенок родился. Отдышался (причем дышит он первый раз в жизни, а поначалу
это не просто – легкие расправляются и порой это довольно болезненно – отсюда и
знаменитый крик младенца, который кричит, между прочим, от боли). И буквально
через пару минут после появления на свет к нему приходят два совершенно новых
чувства. Первое – жуткое ощущение одиночества, покинутости, ведь раньше он был
с мамой одним целым, а теперь вокруг него вместо теплой любящей и уютной
вселенной – холодная пустота. Повторюсь: это эмоция, еще не облеченная в слова,
еще не сдерживаемая сознанием – ведь ребенку нельзя объяснить, что мама рядом,
слов-то он не понимает, а зрение его настроено только на очень близкое
расстояние, примерно на 30-40 см, что достаточно только для рассмотрения
маминого лица с расстояния от материнской груди. Но не дальше – дальше все
расплывается (зато обоняние и осязание у младенца работают просто великолепно).
Поэтому даже если мама находится недалеко, но не взяла малыша на руки – он не
понимает, что она рядом и горечь потери переполняет его. И второе ощущение,
неотделимое от первого – он хочет есть. Раньше этого никогда не было – все
необходимое поступало ему прямо в кровь. Но этот путь закрыт навсегда. И
ребенок с удивлением чувствует новую всепоглощающую потребность – в сосании.
Инстинкт безошибочно указывает ему, «с какого конца» должны теперь попадать к
нему питательные вещества.
И
вот – ура! – ребенку дают грудь. Он чувствует, наконец, маму, «узнает ее» – по
голосу, который он слышал еще в животике, по стуку ее сердца; по каким-то другим,
пока неведомым нам механизмам. Он уже не один, уже не страшно, не одиноко, он
чувствует мамино тепло и нежность, прикасается к ней, вдыхает ее аромат и видит
ее лицо! А в глубинах его мозга начинают вырабатываться гормоны удовольствия,
любви и нежности (серотонин и др.), то есть он начинает учиться любить – а это
и есть нормальное становление сексуальной мотивации, если описывать любовь
сухим научным языком. И одновременно с этим удовлетворяется голод – в ротик
попадает вкусное молозиво. Таким образом, «любовь и голод» у малыша неотделимы
друг от друга и еще долго они должны развиваться вместе. Одновременно с этим
запускаются и пищеварительные системы ребенка, которые, подобно легким,
«расправляются» впервые в жизни – в просвет кишечника начинают вырабатываться
пищеварительные соки, в кровь начинают поступать десятки «служебных»
пищеварительных гормонов, настраивается всасывающий аппарат, системы местного
иммунитета, системы обмена и депонирования питательных веществ. И молозиво для
этой настройки – идеальный продукт, ведь даже донорское молоко для только что
родившегося человека может быть слишком тяжелым. А любая искусственная смесь и
даже вода с глюкозой действует на слизистую пищеварительного тракта как напалм,
выжигая все на своем пути. (Нужно добавить, что для нормального запуска всех
этих механизмов необходимо, чтобы ребенка после рождения приложили к груди не
«формально», на пару минут – по большому счету это ничего не дает – а как
следует, то есть минут на 15-20, а лучше на полчаса – сорок минут.)
Все
сказанное справедливо для первых минут жизни человека, но затем все то же
самое, хотя уже с несколько меньшей напряженностью эмоций, будет повторяться
каждый день. Поэтому-то так важно продолжение грудного вскармливания до 1,5 –
2-х лет, так как только в этом возрасте у ребенка начинает формироваться
сознание (что выражается в появлении осмысленных слов и фраз) и он уже
перестает нуждаться в постоянном присутствии матери. Ему уже можно многое
объяснить, например, что мама ушла, но скоро придет – это перестает быть для
него такой катастрофой, как раньше. Однако в любом случае вскармливани |
Почему люди «заедают стресс»
Целлюлит: медицинские аспекты косметической проблемы
Проблема лишнего веса с точки зрения классической гомеопатии, или отвлекитесь от жировой ткани!